Девятая жизнь

Анна (с усмешкой): Да-да, из далекой Москвы. Но она вообще-то не так далеко – всего три часа на самолете… И медведи по улицам моего города уже давно не ходят.
Тетка (деланно улыбаясь): А кто ходит?
Анна: Ходят люди. И пока еще много голодных собак. Что очень печально. Благодарю за внимание.
(Анна вцепившись Наталье в руку старческими костяшками пальцев, отворачивается от тетки,  под гром аплодисментов они пробираются сквозь толпу. Кто-то пытается вступить с ней в разговор, но Анна со святой невинностью произносит: «Nicht verstehen!» (Не понимать!).
Наташа (с уважением): Ну, ты даешь!
Анна (подмигивая): А фигли!
(Мартин, стоявший в толпе и все это время внимательно наблюдавший за женщинами, тоже начинает продвигаться вслед за ними).

Сцена 2

(Анна и Наташа усаживаются  за столик уличного итальянского кафе- мороженого. Мартин занимает соседний столик, заказывает себе кофе, достает из пакета только что купленные книги, среди них альбомы по искусству. Потягивая кофе и поглядывая по сторонам, разглядывает иллюстрации в книге. Женщины заказывают мороженое.)
Анна: Ну, наконец-то, я тебя вытащила. Я здесь уже неделю и ни разу не ела мороженого. А здесь, действительно, настоящее итальянское мороженое?
Наташа: Действительно, Анна, но я буду только кофе.
Анна (разглядывая меню): А я сейчас повеселюсь вволю. Какая красотища! Обожаю мороженое. Я, наверно, закажу и малиновое, и смородиновое, и с киви. А фрукты свежие или консервированные, как ты думаешь?
Наташа: А мы сейчас спросим. Только не жадничай. Ты и одну порцию не съешь – они огромные.
Анна: Кто это не съест? Мне свою фигуру беречь не надо, я и так в прекрасной форме.
(Наташа улыбается и отводит глаза. В этот момент встречается взглядом с немцем, последовавшим за ними. Она вежливо улыбается,  он отвечает ей тем же).
Анна (бурно реагируя на принесенное официантом малиновое мороженое, затем Наталье): Я понимаю, что ты – баба деликатная, и, прислав мне на три месяца приглашение погостить у тебя, не будешь спрашивать, надолго ли вообще-то приперлась твоя бывшая свекруха и зачем она это сделала?
Наташа: Извини, что употребляю это ненавистное тебе слово, но я понимаю, что ты еще и бабушка, и имеешь полное право навестить своего внука, не говоря уже о том, что и у нас с тобой не вполне стандартные отношения невестки и свекрови. Так что, к чему эта прелюдия? Живи, сколько тебе вздумается, и сколько немецкие власти позволят.
Анна: Я ведь Германию на себя примеряю. Смогу я здесь существовать или нет? Вот месячишко поживу у тебя, осмотрюсь. Может, потом и переберусь сюда, как говорится, на постоянное место жительства, к тебе поближе.
Наташа: Зачем тебе это? В Москве у тебя сын с новой женой, дочь с детьми.
Анна: Ведь бред какой-то получается, когда мать про свою дочь говорит, что она с ней из «разных профсоюзов», да?
Наташа: Да нет, весьма распространенное явление, между прочим. Но существует еще и сын. Как там Андрей и как тебе его новая…
Анна: А-а… Эта… Помнишь старый анекдот про мадам Коти? Как водится, она с любовником, и в этот момент возвращается муж. Мадам не теряется, быстро засовывает любовника в шкаф, где хранятся всякие пробирки с изысканными духами, ну, в общем, всякий парфюм… Бедный любовник торчит там всю ночь. Духов нанюхался до одури! Утром муж уходит,  мадам Шанель, наконец, выпускает его. Он в изнеможении опускается в кресло и слабеющим голосом просит ее: «Мадам, пожалуйста, немножечко дерьма…» Вот и моему сыну тоже понадобилось немножечко дерьма. Ясно?