Психология эмоций 1

О способности эмоций побуждать действия говорят другие, бо­лее специфические их функции. Так, в критических условиях, при неспособности субъекта найти адекватный выход из опасных, травмирующих, чаще всего неожиданно сложившихся ситуаций, развивается особый вид эмоциональных процессов — так называе­мые аффекты (см. работу Я. М. Калашника). Одно из функцио­нальных проявлений аффекта заключается в том, что он навязы­вает субъекту стереотипные действия, представляющие собой оп­ределенный закрепившийся в эволюции способ «аварийного» раз­решения ситуаций: бегство, оцепенение, агрессию и т. п. (Леонтьев, Судаков, 1978). Известно, что и другие ситуативные эмоции, такие как возмущение, гордость, обида, ревность, тоже способны «навязать» человеку определенные поступки, причем даже когда они для него нежелательны. Это позволяет утверждать, что к эмоциональному разрешению ситуаций приводят не только аффекты и что данная функция свойственна более широкому классу эмоциональных явлений (Вилюнас, 1976, с. 124). Наглядный пример такого проявления эмоций предоставляет исследование Т. Дембо (Dembo, 1931; см. также работу Ж.-П. Сартра).
Однако одни и те же стереотипные действия не могут быть одинаково пригодными для всех ситуаций, поэтому аффективные реакции, сложившиеся в эволюции для разрешения наиболее часто встречающихся затруднений, оправдывают себя лишь в типичных биологических условиях. Именно этим объясняется часто наблюдае­мая бессмысленность или даже вредность действий, управляемых аффектом. Так, бессмысленными являются усилия птицы, бьющейся в помещении об оконное стекло, но в естественных условиях именно свет означал бы для нее свободу. Подобно этому,, и оператор,
14
покидающий во время аварии ничем ему не угрожающий пульт управления (Гуревич, 1965), мог, очевидно, избрать более правиль­ны^ путь действий, если охвативший его аффект не вынудил бы его\ поступить по сложившемуся на протяжении миллионов лет правилу: немедленно удаляться от того, что вызывает страх.
Способность эмоций нарушать целенаправленную деятельность легла в основу теорий, подчеркивающих дезорганизацион-ную функцию эмоций (Э. Клапаред; Pieron, 1928 и др.). Однако данная характеристика эмоций может быть принята лишь с опре­деленными оговорками. Как показывают приведенные примеры, эмоции прежде всего организуют некоторую деятельность, отвлекая на нее силы и внимание, что, естественно, может по­мешать нормальному протеканию проводимой в тот же момент другой деятельности. Сама по себе эмоция дезорганизующей функ­ции не несет, все зависит от условий, в которых она проявляется. Даже такая грубая биологическая реакция, как аффект, обычно дезорганизующая деятельность человека, при определенных усло­виях может оказаться полезной, например, когда от серьезной опасности ему приходится спасаться, полагаясь исключительно на физическую силу и выносливость. Это значит, что нарушение дея­тельности является не прямым, а побочным проявлением эмоций, иначе говоря, что в положении о дезорганизующей функции эмоций столько же правды, сколько, например, в утверждении, что празд­ничная демонстрация выполняет функцию задержки автотранспорта. На этом же основании не может быть оправдано и зародившееся еще в дискуссиях стоиков и эпикурейцев альтернативное противо­поставление полезности и вредности эмоций, воспроизводимое в сов­ременной психологии .противопоставлением «мотивационных» и «дезорганизационных» теорий (см. Leeper, 1948: Arnold, 1970),