Смирно, Клеопатра!

На коде клоуны замирают, как сломанные куклы, Спид впадает на время в прострацию, Поэт пытается выстрелить в него, но в обойме нет патронов, после чего садится на скамью в ожидании неминуемого конца

Голос

Сидишь ты у разбитого корыта,
Вокруг тебя могилы да кресты:
Немногого добился ты,
И даже тень твоих стихов забыта!
Но можешь изменить конец,
Как только встанешь на колени
Передо мной без всяких сожалений
И скажешь гордо: «Бог мне не Отец!»
И будешь жить

Поэт
(встает со скамьи)

Не буду дьяволу служить
Вовек и никогда, пусть ад
Возьмет меня, я буду рад!

Из люка высовывается Офелия и дергает Поэта за брючину. Опомнившись, он спускается следом за ней

Спид
(подходит к клетке и смотрит на люк)

На это не рассчитывал,
В горячке видно был,
Все входы заминировал,
А этот – позабыл!

Спид выдергивает из гранаты чеку, собираясь бросить ее в люк, но тут клоуны хватают его под руки и утаскивают за кулисы, там раздается взрыв

ЗАНАВЕС

Конец 3-го действия

ЭПИЛОГ

В темноте раздаются гулкие звуки и шорохи, имитирующие движение в подземелье, занавес открывается в полной темноте, слышны только голоса и отдаленные взрывы

Яго

Как в Африке ночлежка,
Идем, идем, а толку никакого

(спотыкается)

А чтоб тебя! Проклятая тележка!
Надеюсь, не слепой ведет слепого,
Где мы, Фултон?

Фултон

Без паники, друзья,
Все будет как нельзя…

(вскрикивает от боли)

Какой-то острый угол!
Я, кажется, немного заблудился,
Момент! Сейчас определимся

(на сцене зажигается спичка и гаснет)

Джокер

Направо райский сад,
Налево, значит, ад?

Офелия

Ужасный холод и усталость!
Мы умерли?

Фултон

Только показалось,
Мы выйдем возле мэрии

Яго

Уж лучше прямо в бухгалтерии!
Ильич, ты как, живой?

(в ответ мычание)

Чума

Жена его ко мне приревновала,
Бедняжку враз парализовало,
Теперь, дружок, ты будешь мой!

(мычание в ответ)

Не знает как благодарить!

Офелия

А если нас догонит Спид?

Джокер

Попросим, значит, прикурить
И вылечимся, неважно что болит!

На сцене зажигается свет, на заднике панорама разрушенного города: руины на фоне багрового солнца. С лязгом отодвигается крышка канализационного люка, оттуда вылезает Фултон, другие актеры, вытаскивают парализованного Ленина и детскую коляску, на которую его и укладывают в сидячем положении

Яго

Наш Фултон поменял фамилию,
Теперь его зовут Сусанин!

Джокер

Похожую идиллию
Предсказывал нам Каин:
Погиб весь мир, не только наш театр!

Фултон

Быть может, двинем на Монмартр?
Я знаю близкую дорогу

Офелия

Мы вышли прямо к эпилогу!
Страшней всего, что нет возврата
В подвал любимого театра,
Погибло все, закат на небе!
Печален наш актерский жребий

Поэт

Погибло царство
Денежных мешков,
Мы пьем суровое лекарство
Своих пороков и грешков,
Взорвавших мир как динамит

(обнимает Офелию за плечи)

Зато театр – объединит!
Поверь предчувствию поэта:
Мы видим зарево рассвета!

Джокер

Поэты часто ошибались

Актеры нервно смеются

Яго

Неплохо что в живых остались,
Смотрите!

Среди руин показывается фигуры Шмеля и Елены со злополучным саквояжем в руке. Спотыкаясь и падая, они направляются к линии горизонта

Джокер

Смеялись рано:
Живучи призраки обмана!

Из-за кулис появляется вереница клоунов в черных смокингах, с похоронными венками и музыкальными инструментами. Они торопятся вслед за Шмелем и Еленой. Тем временем из канализационного люка вылезает Спид

Спид