Сотворившая чудо

Я сделал все, что мог. Я не могу посвятить этому всю свою жизнь! Весь дом, с раннего утра и до поздней ночи занят этим ребенком, пора, наконец, обратить внимание и на Милдред!
КЕЙТ (мягким голосом, но с оттенком сухости). Вы разбудите ее, капитан.
КЕЛЛЕР. Я наконец требую покоя в своем доме. Мне безразлично, как мы этого достигнем, но уж во всяком случае мы не будем ездить по всей стране каждый раз, как только услышим о появлении нового знахаря. Я страдаю от этого несчастья не меньше, чем другие, мне больно смотреть на девочку…
КЕЙТ. Я полагала, что вы будете писать не о нашем несчастье, капитан.
ЭЛЕН снова подошла к ТЕТУШКЕ ИВ, ощупывает ее платье и отрывает от него две пуговицы.
ТЕТУШКА ИВ. Элен! Мои пуговицы!
ЭЛЕН кладет пуговицы кукле на лицо. КЕЙТ видит это, быстро подходит к девочке, берет руку ЭЛЕН и вопросительно подносит ее к глазам девочки.
КЕЙТ. Ты ищешь глаза?
В комнате снова наступает тишина. КЕЙТ берет булавки и пуговицы из корзинки со швейными принадлежностями и прикрепляет булавками пуговицы на лицо куклы. КЕЛЛЕР стоит и мрачно смотрит на эту сцену. ТЕТУШКА ИВ моргает и старается скрыть свое волнение, разглядывая свое платье.
ТЕТУШКА ИВ. Боже, я совершенно неприлично выгляжу.
КЕЙТ. Она иначе не умеет, тетушка Ив. Я их вам сейчас пришью.
ДЖЕЙМС. Она никогда ничему не научится, если ей будут позволять делать все, что ей взбредет в голову…
КЕЛЛЕР. Замолчи!
ДЖЕЙМС. А что я такое сказал?
КЕЛЛЕР. Ты слишком много говоришь.
ДЖЕЙМС. Но ведь я соглашался с вами!
КЕЛЛЕР. Все равно. Ребенок ущербный, пусть она, по крайней мере, получает те пустяки, которые доставляют ей удовольствие.
ДЖЕЙМС очень обижен, уходит из гостиной на веранду, стоит там с угрюмым видом.
ТЕТУШКА ИВ. Да это стоит двух пуговиц, Кейт, посмотрите-ка.
Теперь ЭЛЕН держит в руках куклу, у которой появились глаза и не может сдержаться от радости. Девочка качает куклу, гладит и целует ее.
У этого ребенка больше сообразительности, чем у всех Келлеров вместе взятых. О, если бы только можно было найти путь к ее сознанию!
В это время ЭЛЕН внезапно подходит к колыбели и, не колеблясь, опрокидывает ее, из колыбели падает ребенок и КАПИТАНУ КЕЛЛЕРУ едва удается поймать его на лету.
КЕЛЛЕР. Элен!
Царит всеобщее смятение, младенец пронзительно кричит. ЭЛЕН невозмутимо кладет в колыбель свою куклу. КЕЙТ опускается на колени и пытается оторвать руки ЭЛЕН от колыбели, у ЭЛЕН на лице появляется смущенное выражение.
КЕЙТ. Элен, Элен! Ты не должна делать такие вещи, ну как я могу заставит тебя понять это.
КЕЛЛЕР (хриплым голосом). Кети.
КЕЙТ. Ну как мне заставить тебя понять это, дорогая моя, бедная моя…
КЕЛЛЕР. Кети, надо же найти какой-то путь, чтобы научить ее хотя бы капле дисциплины…
КЕЙТ (вспыхнув). Как можно дисциплинировать больного ребенка? Разве это ее вина?
ЭЛЕН трогает пальцами губы матери, тщетно пытаясь понять их движение.
КЕЛЛЕР. Я не говорил, что это ее вина.
КЕЙТ. Тогда кто же виноват? Я не знаю, что делать! Как я могу научить ее чему-нибудь? Бить ее до синяков?
КЕЛЛЕР. Опасно оставлять ее одну. Надо найти какой-то способ изолировать ее так, чтобы она не…
КЕЙТ. Как изолировать? Посадить в клетку? Ребенок растет, и она должна двигаться!
КЕЛЛЕР. Тогда ответьте мне, будет ли это справедливо по отношению к Милдред?
КЕЙТ (непреклонно).Вы хотите ее отдать?