Театр времен Нейрона

Н е р о н. Каков жеребец! Кстати! Это тоже весьма удачная метаморфоза. Представляешь я превратил солнце мудрости -  сенатора Антония Флава в коня! Tепeрь y меня в стойле сразу и жеребец и великий сенатор. Я улучшил породу. Он был твоим близким другом. Сенека. Друг учителя. И потому я прозвал этого старого облезлого мерина  «Цицероном» – в память о другом твоем любимце. Гениально?

Удар бича – Сенатор ржет.

Но на этом я не остановился. Я продолжил метаморфозы… Заметь, ты не отгадал уже две из них!.. А ведь я все считаю, учитель… Так что постарайся угадать мою третью метаморфозу.

Жест Нерона – и Венера с трудом поднимается с земли.

Посмотри, как хороша!

Покачиваясь, почти шатаясь, Венера подходит к Нерону.

Прости, что она так непроворна. Она побывала в трудном cpaжении, поверь.

Венера хохочет.  Становятся слышны визг и вопли из подземелья.
(Венере.) Тебе хочется обратно?. Вниз?

Венера хохочет.

Ах да, прости, учитель, ты ведь не знаешь, что у нас там – внизу!

Нерон обнимает Сенеку и почти волочит его к решетке подземелья.

А ну-ка, посмотри, праведник… Видишь: это – убойные люди… Кстати, когда ехал по Риму, ты наверняка обратил внимание на толпу и на горящие факелы… Ты хоть поинтересовался, почему не спит сегодня великий Рим?
С е н е к а. Нет, Цезарь.
Н е р о н. Да-да, ты выше суеты, все мирское тебя не интересует. И все-таки я хочу чтобы ты был в курсе. Понимаешь, завтра в Риме я открываю вот этот цирк. Не буду хвастаться… да ты и сам видишь – это будет величайший цирк в Риме. Ну, естественно, Сенат постановил назвать в мою честь завтрашние игры «Нерониями». По-моему, удачное постановление? «Неронии» ­ благозвучно, да?.. Teпеpь гляди вниз, учитель: вот эти, ребята из подземелья откроют мои Неронии. Эти миляги утром выйдут сюда, на арену, сразиться с дикими зверями. Они будут разорваны в клочья, а уцелевшие убьют друг друга в бою… Но погляди, как они сейчас веселятся.

Вопли из подземелья.

Я велел им дать самые тонкие яства. Они пьют вино вволю и жрут от пуза.

Визг женщины.

Смотри, что они выделывают со шлюхами! Заметь, это самые дорогие римские девки… Ты погляди, какая утонченность!.. Кстати, эти гладиаторы тоже одна из моих метаморфоз. Я превратил завтрашних убойных людей в царей на одну ночь , видишь ­ хохочут.. Счастливы…Забыли о завтра. А мы с тобой глядим на них сверху…
С е н е к а. А в это время на нас, предающихся забавам, тоже… глядят сверху…
Н е р о н. Да-да, и тоже… смеются…
С е н е к а. Ведь у нас с «этими» одна участь. Только у «этих» – утром… а у нас… Чуть позже.
Н е р о н. Как мудро! (Хохочет.)  «Чуть позже». Ах, как ты удачно сказал! Запомни эти свои слова, Ceнeкa. 3начит, «чуть позже»? (Обнимая Венеру.) Вот откуда она пришла… Как хороша! Ее ввел в употребление поэт Петроний… Бедный Петроний… (Венере.) Покажи нам, как ты достойно сражалась там внизу! (Сенеке.) Прости, но она дурно владеет речью… Она так пpeкpaснa, что ее сразу заставляют действовать. И она попросту отучилась говорить!

Венера, раскачивая бедрами, изображает свою битву.

Браво!

Bенepa зaмиpaeт.

Но вот я, земной бог, -  велю! И гляди – она тотчас превращается! Как удивительно! Уже превратилась! Метаморфоза!

Венера недвижима.
Кто перед тобой сейчас, учитель? Ну? Узнал?
С е н е к а. Передо мною шлюха, Цезарь.